?

Log in

No account? Create an account

Предыдущая запись | Следующая запись

॥श्रीः॥


Характеристика диспутов Чаитанйи


В рукописи «Татвасаӈкхйāния» Хрьшӣкещи Тӣртхи имеется щлок о вāдах:

प्रादेशमात्रं तत्वार्थे जयार्थेऽरत्निमात्रकम् । ख्यातिपूजार्थिनो हस्तमात्रं पत्रमुदाहृतम् ॥

Вāда ― это диспут, который ведется ради установления истины. Есть разные виды вāдов. Диалектика постижения татва это диспут ради истины. Он называется самвāда — совместное обсуждение. Столкновение мнений и попытка переспорить оппонента, победа ради победы и неважно, раскрыта ли истина, усвоена ли она — это вивāда. Ученые мужи спорят на заданную тему. Кто сможет представить лучшие аргументы, тот и победил. Вивāда не имеет никакого отношения к поиску истины. Еще одна разновидность: диспут или выступление ради славы.

По окончании вāдов участникам выдавалась грамота — патра. В ней фиксировалась тема дебатов, имя проигравшего, имя победителя, его титул, равно как и присужденный титул за участие в диспуте, например, видйāвачаспати. Можно сказать, что патра это свидетельство о победе.

Патры отличались по размеру в зависимости от вида вāдов. Хаста-мāтрам, хаста-паримāн̣ам и т.д., где „хаста“ это локоть, мера длины, расстояние от кончика среднего пальца до локтя; аратни (малый локоть) — расстояние от кончика мизинца до локтя или от конца кулака до локтя, т.е. немного меньше, чем хаста; прадеща — расстояние между расставленными большим и указательным пальцами. В аратни примерно два прадеща.

Патра самого большого размера предназначался для прославившегося. Для того, кто вступил в диспут ради победы — размер чуть меньше. Для тех, кто утвердил истину — самый маленький. От одного взгляда на грамоту можно было понять, кто ее обладатель: победитель, популярный вāдӣ или ведознавец.

Ни в одном из литературных трудов гауд̣ӣй, включая биографии Чаитанйи, мы не встречаем, чтобы Чаитанйе была присуждена хоть одна грамота, свидетельствующая о его участии в вāдах. Однако биографии просто кладезь описаний его побед и участия в диспутах с представителями всевозможных школ.

По правилам вāдов диспутанты должны представиться, назвать имя, имя наставника и дарщан, который они представляют. В вāдах участвуют три стороны: диспутанты и судья. Причем судья обязан хорошо знать позицию обеих сторон, равно как и дополнительные науки, если в диспуте они будут затрагиваться.

Каждая из сторон ведет свой протокол дискуссии. Ведет протокол и судья. Таким образом, спор фиксируется с трех сторон. В случае Чаитанйи никакого протокола не велось. Откровенно говоря, ни один из его споров, согласно ЧЧ, не был проведен по всем правилам. Следовательно, Чаитанйа ни разу не участвовал в настоящих вāдах. Победы не зафиксированы, это дает нам основания полагать, что встречи были в лучшем случае неформальными и оппоненты Чаитанйи в них были не полноправными участниками вāдов, а снисходительными собеседниками молодого человека.

Да, Кави Крьшн̣адāс описывает встречи Чаитанйи с известным ученым Сāрвабхаумой Бхат̣т̣āчāрйей (ЧЧ, Мадхйа, гл. 6), ярким представителем навйа-нйāйа и адваитином, представлявшим интересы правителя Калиӈги Гаџапати Кӯрма Видйāдхара Пāтра на философском поле; с конкурирующим аватāром Валлабхой и главой собственного культа (ЧЧ, Антйа, гл. 7); с серьезными оппонентами из Уд̣упи, слава которых благодаря Āчāрйе Мадхве, Вйāсатӣртхе, Вāдирāџе и другим гремела на всю Индию (Мадхйа, гл. 9); с неким Кещавой Кāщмӣри (ЧБ и ЧЧ, Ади, гл. 16); с адваитином Пракāщāнандой Сарасватӣ и главой саннйāсинов из Кāщӣ (ЧЧ, Мадхйа, гл. 17); с простым брāхман̣ом рāма̄нуџа-сампрадāйа Вйеӈкат̣а Бхат̣т̣ой из Щрӣ-Раӈгама (ЧЧ, Мадхйа, гл. 9) и другими, но вāдов как таковых в действительности не было.

Если обратить внимание на поверженных оппонентов, мы обнаруживаем, что они представляют основные школы мысли или являются главами популярных сект-конкурентов того времени. Некоторые из персонажей являются историческими личностями (Сāрвабхаума и Валлабха), другие же встречаются только на страницах ЧЧ и в литературе гауд̣ӣй (Кещава Кāщмӣри, Пракāщāнанда Сарасватӣ). К чести Валлабхи следует упомянуть, что он является автором комментария на Щримад-Бхāгаватам, за который и был прилюдно унижен Чаитанйей, так как выражал сомнения в авторитетности мнения адваитина Щрӣдхары Свāмина, которого Чаитанйа, будучи якобы ваишн̣авом, почему-то прославлял и считал истиной в последней инстанции. И это при том, что ваишн̣авский комментарий Мадхвы на Бхāгавато к тому времени существовал уже три века.


Стиль ведения споров


ЧЧ претендует на статус богооткровенного писания, при этом бросается в глаза оскорбительный тон и дурные манеры Чаитанйи в спорах. Любому упоминаемому в ЧЧ диспуту, победе или обращению предшествовали, или завершали их, насмешки Чаитанйи, унижение и оскорбления оппонента, надменность, задирания. Где-то обзывая оппонента шлюхой и гордецом (Валлабха: Антйа 7.53 и Антйа 7.115); где-то пожурив именитого ученого (Сāрвабхаума); где-то снисходительно, надменно и уже по-доброму наставляя необразованного местного жителя (Вйеӈката Бхат̣т̣а: Мадхйа 9.151), Чаитанйа утверждал свое превосходство. А в исследуемом нами споре с ваишн̣авами Уд̣упи не только оскорбления, но и неверное толкование ща̄стр, заблуждения и явная неосведомленность принесли Чаитанйе желанную победу. Можно ли таким набором доказать несостоятельность серьезных дарщанов?


В «Чаитанйа-бхāгавате» Врьндāван Дāс утверждает, что после дӣкши Чаитанйа изменился и перестал спорить, поняв, что бхакти важнее споров. Кави Крьшн̣адāс тоже упоминает это и тут же противоречит сам себе, так как паломничество Чаитанйи в Южную Индию, описываемое в ЧЧ, это череда споров с представителями разных школ. В чем-то Врьндāван Дāс прав. Действительно, просто болтовня, даже если она называется спором, занятие пустое и бессмысленное. Иное дело вāды, в которых пан̣д̣иты пытаются разобраться в верном понимании смысла щāстр, са̄дхйи и сāдхания.

Из всего сказанного рождается несколько вопросов. Скрывается ли за тактикой ведения споров истинный уровень знаний героя ЧЧ или автора ЧЧ? Могут ли унижения, отсутствие прамāн̣ или пусть даже их неверное понимание привести к уверенной и однозначной победе? Могут ли унижения выявить заблуждения той или иной школы, показать, где и в чем именно школа ошибается в основе и неверно понимает щāстро? Что касается ученых мужей, могли ли они признать свое поражение, услышав пару ошибочных толкований и оскорбления от неизвестного молодого и явно не очень понимающего щāстры человека?

Изложение большинства вопросов — текстологических, биографических, логических и иных — по сути строится уже из принятого автором взгляда на аватāрный статус Чаитанйи, поэтому неудивительно столь обильное количество побед.


продолжение будет