?

Log in

Предыдущая запись | Следующая запись


॥श्रीः॥


Двеша-бхакти (продолжение)


Кам̇са и Щищупа̄ла


По мнению Рӯпы Госвāмина бӿакты и враги Бӿагавāна достигают одной и той же цели — освобождения, при этом Рӯпа проводит различие между разными видами освобождения: для врагов это слияние с Брахманом, а для бӿакт достижение Крьшн̣ы:


БРС 1.2.278:
йад арӣн̣āм̇ прийāн̣āм̇ ча
прāпйам экам иводитам
тад брахма-крьшн̣айор аикйāт
киран̣āркопамā-джушох̤



Эту же мысль переносит на страницы ЧЧ (Āди, 5.36) и Кави Крьшн̣адāс. В комментарии к этому стиху Прабӿупāда пишет:

«Ту же тему Рӯпа Госвāмӣ развивает в «Лагху-Бӿāгаватāмрьте» (Пӯрва, 5.41). Хотя Шишупала всегда завидовал Кришне, он часто произносил Его имя и всегда держал в уме Его прекрасный облик. Он делал это с ненавистью, но непрерывное памятование о Кришне и повторение Его имени очистило Шишупалу от скверны греха. Поэтому, когда Кришна убил Шишупалу, Своего врага, метнув в него Сударшану-чакру, тот, благодаря непрерывным размышлениям о Кришне, избавился от последствий своих злодеяний и обрел освобождение, слившись с телом Господа.
Этот случай показывает, что даже тот, кто думает о Кришне как о своем враге и погибает от Его руки, может получить освобождение и слиться с Его телом. Что тогда говорить о преданных, которые всегда думают о Кришне с любовью и считают Его своим господином или другом? Их непременно ждет нечто большее, чем Брахмалока, безличное сияние тела Кришны. Это сияние, к которому стремятся имперсоналисты, — не место для преданных. Преданные отправляются на Вайкунтхалоку или Кришналоку.
Когда речь идет о Шишупале, о его слиянии с телом Кришны, следует помнить, что в данном случае он не был Джаей или Виджаей: он был настоящим демоном.
В «Брихат-бӿагаватамрите» Шрила Санатана Госвами объясняет, что освобождение через слияние с Брахманом, сиянием Господа, нельзя считать высшим достижением в жизни, ибо такое освобождение получали и демоны, которые, подобно Камсе, убивали брахманов и коров. Сама мысль о таком освобождении отвратительна преданным. Их положение поистине духовно, тогда как безбожники стоят в преддверии ада. Есть огромная разница между жизнью преданного и жизнью демона, их взгляды отличаются как небо и земля.
Демоны питают ненависть к преданным и убивают брахманов и коров. Для демона слиться с сиянием Брахмана — великое достижение, но для преданного это равноценно пребыванию в аду. Цель жизни преданного состоит в том, чтобы развить совершенную любовь к Верховной Личности Бога. А те, кто мечтает слиться с сиянием Брахмана, мало чем отличается от ужасных демонов».


Если мукти достижима с помощью двеша, кāма, да и вообще любым отношением к Бӿагавāну, то зачем напрягаться, прилагать усилия, зачем вообще говорить о сāдӿании, к которому призывают щāстры? Почему щāстры провозглашают бӿакти единственным средством достижения мукти?

Бӿакти — однозначное условие обретения мукти. Бӿакти всегда противопоставляется двешу и другим порокам (напр., Гӣтā, 2.56, 62-64; 3.37; гл. 16, 16.19-21 и др.), а примеров мифической двеша-бӿакти всего два.

Главная причина пылающей ненависти к Бӿагава̄ну — а̄сурья природа тāмасиков. Адӿикāр=йогйата̄=свабӿāва, играет решающую роль не только в проявлении бӿакти, но и в проявлении двеша. Џӣва-тāратамье — естественная градация џӣв — основана на типологии адӿикāра, т.е. на типологии свабӿāва: мукти-йогйи (сāтвики), сам̇сāрины (рāџасики), тамо-йогйи (тāмасики).

Случай с Кам̇сой и его отношением к Крьшн̣е интересен необычностью нахождения двух џӣв в одном теле. Это очень редкое явление, но оно случается. В теле Кам̇сы присутствовал Бӿрьгу-рьший. В комментарии к Бӿā. 7.1.31 Мадӿва приводит этому прамāн̣ие из Брахматарки:

गोप्यः कामयुता भक्ताः कंसाविष्टः स्वयं भृगुः ।
ज्ञेयो भययुतो भक्तश्चैद्यादिस्था जयादयः ।

विद्वेषसंयुता भक्ता वृष्णयो बन्धुतायुताः ।
बहुमानस्नेहसाम्याद्देवा भक्ताः प्रकीर्तिताः ।

स्नेहोपसर्जनादेव बहुमानान्मुनीश्वराः ।
बहुमानोऽपि देवानामृषिभ्यो अभ्यधिको मतः ।

ब्रह्मवीन्द्रेन्द्रकामादेरितरेषां यथापदम्



Кам̇са был спасен вовсе не постоянным памятованием о Бӿагава̄не в ненависти и страхе, как утверждает Прабӿупа̄да, а благодаря бӿакти Бӿрьгу-рьшия.


«Так или иначе, устремитесь к Кришне. Также как Камса. Он сконцентрировал свой ум на Кришне, думая как убить Его. Он постоянно думал. Он также был в сознании Кришны. Но он думал: «Как только Кришна примет рождение, я немедленно убью его». И он беспокоился, «Родился ли Он уже, родился ли Он, родился ли Он»? Итак, когда его сестра Деваки была беременна, он думал о беременности, Кришне, в её чреве. «Когда Он родится, когда Он примет рождение, когда Он примет рождение»? Это также было сознание Кришны, но этот вид сознания Кришны это не бӿакти. Косвенное сознание Кришны, это не бӿакти. Это привязанность к Кришне. Это также принесет благо. Также как Камса и другие враги Кришны, которые были убиты Кришной, они сразу же обрели освобождение, сразу же получили освобождение. Итак, в Бӿакти-расамрита-синдху Рупа Госвами учит, что даже если вы привязаны к Кришне с отрицательной стороны, в противоположном направлении, это также хорошо, так как Кришна присутствует там.» — Нектар преданности, 7 января 1973, Бомбей (источник)


На фоне признания Прабӿупа̄дой двеша-бӿакти его же комментарий к ЧЧ, М. 8.90, выглядит полным противоречием самому себе:

«Представления о том, что можно поклоняться любому образу Кришны любым способом и все равно достичь высшей цели, то есть заслужить благосклонность Господа, в корне ошибочны. К таким выводам обычно приходят закоренелые материалисты. Такие люди полагают, что каждый может придумать свой собственный способ поклонения Верховному Господу и что любого поклонения достаточно, чтобы прийти к Богу. Бесспорно, существуют разные способы, приводящие к разным результатам на путях ритуальной деятельности, философских поисков истины, мистической йоги и аскетизма. Исходя из этого, недалекие люди говорят, что с помощью любого из этих способов можно снискать милость Верховной Личности Бога. Такие люди утверждают, что не имеет значения, каким путем идти…».


Сам комментарий говорит несколько о другом, но его начало подходит и к теме нашего исследования. Какое из противоречивых утверждений Прабӿупāды выбрать, а может и сразу оба (презрев их взаимоисключаемость):

1. «Любовь Бога к гопӣ и ненависть Его к Камсе привели к одинаковому результату; Если просто ненавидеть Кришну, он получит освобождение, как Камса. Так что, если хочешь ненавидеть, ненавидь Кришну. Между мной и моим изображением нет разницы…»

или

2. «Представления о том, что можно поклоняться любому образу Кришны любым способом и все равно достичь высшей цели, то есть заслужить благосклонность Господа, в корне ошибочны»,

каждый прабӿупāдовец решает сам.


Не обращая внимания на слова Бӿā. 7.1.15 (7.1.13 (14) щрӣдӿ.): сāйуџйам̇ чедибхӯ-бхуџах̤

Пословный перевод Прабӿупāды: сайуджйам — погружение; чедибху-бхуджах — Шишупалы, царя чеди.

Перевод Прабӿупāды: «…Шишупала погрузился в тело Верховного Господа, Кришны».

и слова Рӯпы Госвāмина, Вищванāтӿа Чакравартӣ утверждает, что Щищупа̄ла достиг сāрӯпйа-мукти (см. комм. Вищв. к Бӿā. 7.1.31):

…татра гопйах̤ премават прейасӣ-бӿāвам кам̇сах̤ сāйуџйам чаитйа-дантавакра-паун̣д̣ракāх̤ сāрӯпйам…

Ни одного прамāн̣ия своему утверждению Вищванāтӿа не приводит. Несмотря на это Вищванāтӿа, тем не менее, считается непререкаемым авторитетом в Чаитанйа-сампрадāйе, но Прабӿупāда решил пренебречь его мнением.


Мадӿва обращает внимание на обстоятельства, предшествовавшие обретению мукти известными асурами. Убедительными прамāн̣ами Мадӿва, как и свойственно Āчāрйе, показывает, что эти личности сварӯпно были великими бӿактами. Их двеш не является āтменным проявлением, выражением свабӿāва. Их двеш — нечто внешнее, временное явление, вызванное проклятием сыновей Брахмы. Об этом Нāрада рассказывает Йудӿишт̣ӿире в Бӿāгавате 7.1.36-47. Зачем На̄рада раскрывает историю проклятия? Ведь он мог бы просто сказать, что нет ничего необычного и странного в том, что Щищупа̄ла достиг обители Господа, поскольку сосредоточенное памятование о Бӿагавāне, пусть и вызванное ненавистью-двешем, также является одним из средств достижения мокша.

Основная мысль Нāрады в том, что Бӿагавāн вознаграждает своих бӿакт за их бӿакти, независимо от кратковременного судурāчāра.

अपि चेत् सुदुराचारो भजते मामनन्यभाक् ।
साधुरेव स मन्तव्यः सम्यग् व्यवसितो हि सः ॥

क्षिप्रं भवति धर्मात्मा शश्वच्छान्तिं निगच्छति ।
कौन्तेय प्रतिजानीहि न मे भक्तः प्रणश्यति ॥ — Гӣтā, 9.30-31

Тот, кто служит Мне безрадельно, должен почитаться святым, даже если живет во зле, ибо в самой основе его бытия — уверенность в Моем величестве [без которой невозможно сочетание безраздельной бӿакти и наимерзостнейшей греховности].

Апи даже, чет если, судурāчāрах̤ живущий наинедостойнейшей жизнью, бӿаџате мāм̇ совершает бӿакти Мне, ананйа-бӿāк никого иного не чтя как Верховное Божество, [то] сāдӿух̤ эва [как] сāдӿу, угодный Бӿагавану џӣва, устремленный к мокшу, сах̤ он, мантавйах̤ должен быть понимаем, самйаг совершенным образом, вйаваситах̤ убежден в истинном знании безошибочными прамāн̣иями, хи поскольку, сах̤ он.

Очень скоро дӿарм [вновь] становиться сутью его существа, и он вступает в вечное блаженство. Знай, Каунтейа: Мой бӿакта не погибает [— не карается необратимым и губительным невежеством, подобно абӿактам].

Кшипрам̇ очень скоро, бӿавати он [вновь, будучи естественным дӿармиком, праведником, — обоснование в Бӿāшье] становится, дӿармāтмā проникнут дӿармом, праведным мышлением и поведением, во всех слагающих своего существа, от внутренних побуждений до заметных внешне проявлений, нигаччӿати достигает, щащват‿щāнтим̇ вечной щāнти, вечного блаженства, (щам̇ = āнандам, щāнтих̤ = вершина āнанда и непрерываемость āнанда страданием, кроме того, щāнтих̤ — это состояние полной незаинтересованности в достижении чего бы то ни было сам̇сāрн̣ого); Каунтейа о сын Кунти! пратиџāнӣхи осознай, пойми: ме бӿактах̤ Мой бӿакта, на пран̣ащйати не погибает, не теряет бӿакти (что повлекло бы за собой неизбежную потерю самосознания, наказание за грех и погружение в безвыходную тьму страдания).

Низкое поведение не свойственно Вишн̣у-бӿактам. Когда же в редчайших случаях оно происходит (Брахма-сӯтры, Анубандӿāдӿикаран̣ам, 3.3.51), то происходит из-за возвышенности, а не из-за ущербности, слабости. Даже в таких случаях они должны считаться сāдӿовами. Дӿарм очень скоро вновь будет очевиден как их сердцевина, их сущность: āтмā. Судурāчāр — лишь этап на их пути к вечной щāнти. Даже не отступление. Даже не остановка. Тем более не провал.

Следует также понимать, о ком говорят щлоки Гӣты 9.30-31, напрямую связанные с рассматриваемыми нами щлоками Бӿа̄гавата. Щлоки апи чет… и следующий за ним кшипрам̇ бӿавати… относятся к дэвам, ам̇щам дэвов и к рьшиям. „Ам̇щах̤“ означает пришествие, явление — не „часть“. Дэвы и рьшии — те џӣвы, которым свойственно совершать (и накапливать тем самым) пун̣ье в объемах, несопоставимых с человеческими возможностями. Но при всем их сущностном, сварӯповом превосходстве над человеческими џӣвами они также обладают пределом, верхним ограничением в том, сколько пун̣ья они могут накопить. Этот предел можно сравнить, например, с невозможностью для человеческого џӣвы стать Индрой или Щивой. Суть этого предела не в том, что слишком много пун̣ья — это плохо. Или, скажем, что перепроизводство пун̣ья нарушает равновесие в мире и грозит катаклизмами. Ничего подобного. Дело в том, что достижение апарокша-џњāния, зрячего знания, сжигает все последствия карм, ожидающие своих черед в судьбе џӣвы. Остаются только прāрабдӿа-кармы, запущенные, пришедшие в движение воздаяния, как благие, так и бедственные. Апарокша-џњāнӣ приобретает иммунитет от любых последействий в этом мире; как бы он ни поступал, на нем это не скажется. Но не скажется, пока он здесь.

Для чего же богам творить адӿарм?

Если до озарения апарокша-знанием карма, т.е. правильные, благотворные дела, полуразумные совершают ради выслуженного счастья, благо-разумные — ради вычищения сознания и тела, подготовки их к пониманию знания и сосредоточению на нем, то после апарокшья карма приобретает надмирное, невре́менное значение. Поапарокшевое карма позволяет џӣве полностью раскрыть свое блаженство в мокше. Однако бесконечно возрастающего блаженства не существует. Существует бесконечное блаженство Парабрахмана. Блаженство остальных может длиться вечно, но имеет свои пределы, переживаемые џӣвой не как преграда и недостаточность, но как верх, совершенство полноты.

Сварӯповые ограничения — не какая-то невидимая стена, в которую џӣва упирается, не способный двигаться дальше, или в которой застывает, словно насекомое в янтаре. Вершителем и претворителем таких ограничений является Бӿагавāн, поддерживающий дӿарм либо Собственным пришествием, либо как āвещах̤ (Одержитель) в дэвах и других существах. Например, когда асуры получают знание, которого по сварӯпу недостойны, Бӿагавāн является как Буддӿа или поручает Щиве попустительствовать Ман̣имāнāсуру (Саӈкаре), чтобы ввести асуров в морок, мох.

После того, как Саӈкаршан̣а (Щеша, не Бӿагавад-рӯпам) получил в рӯпе Лакшман̣ы общение с Рāмāватāрой, близостью превосходящее его пригодность (йогйату), в Крьшн̣āватāрие он же как Баладэва был несколько отстранен от Бӿагавāна. Старшинство было (до какой-то степени) препятствием его служению Вāсудэве, в то время как положение младшего брата в Рāма-лӣлу, наоборот, тому способствовало.

У дэвов или рьшиев может наступить момент, когда набранное ими пун̣ье превосходит их сварӯповый предел. Тогда Вишн̣у изнутри побуждает их творить „судурāчāр“, создавая обстоятельства для этого, или посылает их родиться среди людей, где они творят судурāчāр своими ам̇щами. Судурāчāр, наимерзкие из грехов, умаляет их пун̣ье до вместимого сварӯпом объема.

Очевидно, что к обычным людям, только стремящимся к знанию, не говоря уже об апарокшевом знании, данные щлоки не имеют никакого отношения. Не только потому, что это „позволено лишь богам“, но и по той простой причине, что сад-āчāр, противоположность дурāчāра, — важнейшее средство достижения верного знания и подлинной бӿакти, средство, которое на пути к ним никак не обойти.

Бӿакти как условие мы встречаем и в Брахма-сӯтрах: Анубандӿāдӿикаран̣ам, 3.3.51, Тāдвидӿйāдӿикаран̣ам, 3.3.54, ибо бӿакти — это āтменная связь, ее сварӯповое проявление. Из щāстр мы знаем о чувствах бӿакт к Бӿагавāну — āтменном отношении к Нему: с приязнью, любовью, восторгом, восхищением, обожанием. Бӿаџание и дӿйāние сопровождаются именно этими чувствами и никогда ненавистью, отвращением. Каковы же плоды отвращения и двеша?

Гӣтā, 16.19:

Их, исполненных ненависти и злонравных, самых низких среди людей, Я навеки низвергаю, лишенных блага, в āсурйи утробы.


Гӣтā, 9.12:

Неразумные — те, чьи надежды напрасны, дела без пользы, знание бессмысленно, подчиняются āсурьей, вводящей в заблуждение природе [сварӯпа].


Мокшадӿарма:

कर्मणा मनसा वाचा यो द्विष्याद् विष्णुमव्ययम् ।
मज्जन्ति पितरस्तस्य नरके शाश्वतीः समाः ।
यो द्विष्याद् विबुधश्रेष्ठं देवं नारायणं प्रभुम् ।
कथं स न भवेद् द्वेष्य आलोकान्तस्य कस्यचित् ॥


«Всякий, ненавидящий неизменного Вишн̣у делом, мыслью, речью, погружается в ад на веки вечные. Как же может ненавидящий Нāрāйан̣у, лучшего из дэвов, укрыться от презрения и ненависти?».


Щāн̣д̣илйа-щāкӿā Сāма-Веда:

सर्वोत्कृष्टो ज्ञानभक्ती हि यस्य नारायणे पुष्करविष्टराद्ये ।
सर्वावमो द्वेषयुतश्च तस्मिन् भ्रूणानन्तघ्नोऽप्यस्य समो नचैव


«Никто не сравнится с тем, кто обрел знание и бӿакти к На̄ра̄йан̣е, Творцу четырехликого Брахмы. Даже убийца сотен младенцев не сравнится в своем грехе с наихудшим из людей – ненавистником Господа».

Слова Гӣты являются поддержкой здравому заключению, что враждебно настроенные и полные ненависти к Богу лишь утверждаются в таком своем отношении и удаляются от мокша. В этом контексте Мадӿва раскрывает смысл фразы: „Бӿāво хи бӿавакāран̣ам“ (Бӿā. 10.74.46), которая показывает, что двеш ведет только к двешу. Думать, что мокш достижим любым отношением к Бӿагавāну, включая ненависть к Нему или вызов, все равно, что ненавидеть своего гуру и думать, что можно ненавистью достичь его высокого уровня.

Из-за своего двеша Хиран̣йакащипу рисковал попасть в беспросветный тамас (तमो विविक्षुः वेक्ष्यतीति संभावनाविषयः । आशंकायामचेतनेषूप संख्यानात् । कूलं पिपतिषति, श्वा मुमूर्षुः), но избежал этой участи благодаря бӿакти своего сына (Бӿа̄. 4.21.47). Когда Прахла̄да молился Нарасим̇хе, прося об особом даре, он начал свою молитву словами „Мой отец совершил великий грех, пребывая в невежестве о Твоем величии и ниндя Тебя, дай же ему очиститься от этого тяжкого греха“:

हिरण्यकशिपुश्चापि भगवन्निन्दया तमः ।
विविक्षुरत्यगात् सूनोः प्रह्लादस्यानुभावतः ॥ — Бӿа̄. 7.10.15-16

хиран̣йакащипущчāпи бӿагаванниндайā тамах̤
вивикшур атйагāт сӯнох̤ прахлāдасйāнубӿāватах̤


Кроме того, мы уже показали несколько примеров безоговорочного порицания двеша (их гораздо больше), а высказываний, якобы поддерживающих двеша-бӿакти, всего два. Контраст разителен. Это значит, что плоды, которые пожинаются от двух столь разных отношений, не могут быть одинаковыми.

Два щлока Бӿāгавата, говорящие об особых случаях достижения освобождения особыми асурами, ни в коем случае нельзя понимать буквально. Āчāрйа Мадӿва объясняет, что эти щлоки не что иное как артӿавāд: द्वेषाद्यन्मुक्तिकथनं श्रुतिवाक्यविरोधि तत्. Они подчеркивают важность непрерывного сосредоточения на Бӿагава̄не и памятования Его (нитйа-дӿйāна-стутйартӿам), но не при любом к Нему отношении, а только с бӿактью. Двеш влечет за собой лишь страдания.

Если мы будем считать примеры āсурьего двеша двух щлоков Бӿāгавата действенным средством достижения мукти, тогда мы лишимся смысла всего Бӿāгавата, говорящего о бӿакти, как о неотъемлемом условии прасāдия Бӿагавāна, т.е. мукти.

Бӿакти — это не только обязательное условие освобождения из сам̇са̄ра (Мун̣д̣-Уп., 3.1.4), прежде всего, бӿакти — это āтменное отношение в знании Его мāхāтства:

भक्त्या प्रसन्नः परमो दद्यादज्ञानमनाकुलम् ।
भक्तिं च भूयसीं ताभ्यां प्रसन्नो दर्शनं व्रजेत् ॥
ततोऽपि भूयसीं भक्तिं दद्यात्ताभ्यां विमोचयेत् ।
मुक्तोऽपि तद्वशे नित्यं भूयोभक्तिसमन्वितः ॥ (Гӣта̄-та̄тпарье, Введение)

«Радуемый бӿактью џӣв, Всевышний ниспосылает им верное знание о Его природе и гун̣ах. Он раскрывает им Себя. После этого Он вдохновляет их на еще более сильную бӿакти, а после явления Себя бӿактам Он разрывает узы пракрьти. В освобожденном состоянии џӣвы также пребывают под Его контролем, исполненные незамутненной бӿакти к Нему».


माहात्म्यज्ञानपूर्वस्तु सुदृढः सर्वतोऽधिकः ।
स्नेहो (स्नेही) भक्तिरिति प्रोक्तः, तथा मुक्तिर्न चान्यथा ॥ — МБӿТН, 1.86

Бӿакти — это прежде всего знание величия [Бӿагавāна]. Мукти может быть достигнута лишь снехой и бӿактью.


Послесловие


Приверженцам теории двеша-бӿакти полезно пройтись по следующим вопросам:

1. Почему в щāстре парама-сāдӿанием называется бӿакти, а не двеш?

2. Почему в ща̄стре подчеркивается, что к Бӿагавāну надо испытывать бӿакти, а не двеш?

3. Почему бӿакти, а не двеш, указывается как средство достижения самой главной цели жизни — мукти?

4. Что называется путем к мукти — погруженность в мысли о Бӿагавāне с любым к Нему отношением (мано-нивешах̤) или бӿакти?

В отличие от бӿакти (Мун̣д̣-Уп., 3.1.4) мано нивешах̤, глубокое неотступное размышление, памятование, нигде не упоминается как путь, как сāдӿание, как средство. Если размышление о Бӿагавāне есть путь к мокшу, тогда зачем напрягаться, испытывать к Нему какие-то светлые и восторженные чувства, ведь можно просто думать о Нем любым возможным образом, все равно результат будет одним и тем же, как считает Прабӿупāда? А если результат один, то почему бы не возненавидеть Господа всей душой, всем сердцем, чтобы Он занимал все наши мысли, ведь главное — думать о Нем неотступно и как угодно, с ненавистью, любовью, вожделением! Все равно каждый сможет обрести спасение! Его милость безгранична!

Такого рода умонастроение и практика противоречат всей ведней словесности.


В статье также использованы материалы из:
1. Ежевременника Н. Дивногорскаго
2. Philosophy of Sri Madhvacarya by B.N.K. Sharma, 2002.
3. The Bhagavad Gita and its classical commentaries by Dr. S.K. Bhavani, 1995.




продолжение будет